Февральская революция и Таврический дворец

Архивы Русской Эмиграции и «Военной Были» в Париже

генерал-лейтенант П.Кондзеровский. «Начало конца».  Продолжение

Правительство перешло в Адмиралтейство, где заперлось, защищаемое небольшой горсткой верных присяге солдат с двумя батареями.
Чтобы всю растерянность представить правительства, приводим телеграмму и.д.начальника морского генерального штаба графа Капниста, посланную им 28 февраля утром адмиралу Русину в Ставку:

«Положение к вечеру таково: мятежные войска овладели Выборгской стороной, всею частью города от Литейного до Смольного и оттуда по Суворовскому и Спасской. Сейчас сообщают о стрельбе на Петроградской стороне. Сенворен — Конвент Государственной Думы, по просьбе делегатов от мятежников, избрал Комитет водворения порядка в столице и для сношения с учреждениями и лицами. Сомнительно, однако, что бушующую толпу можно успокоить. Войска переходят легко на сторону мятежников. На улице офицеров обезоруживают. Автомобили толпа отбирает.

У нас отобраны три автомобиля, в том числе Вашего Высокопревосходительства, который вооруженные солдаты заставили выехать со двора моей квартиры, держат с Хижняковым, которого заставили править машиной. Командование принял Беляев, но судя по тому, что происходит- едва ли он справится. В городе отсутствие охраны и хулиганы начали грабить. Семафоры порваны, поезда не ходят. Морской министр болен инфлуенцией. Большая температура – 38. Лежит . Теперь ему лучше. Чувствуется полная анархия. Есть признаки, что у мятежников плана нет, но заметна некоторая организация. Например, квартал от Литейного до Сергиевской и Таврической обставлены их часовыми. Я живу в штабе. Считаю, что выехать в ставку до нового вашего распоряжения не могу. Граф Капнист.»

О событиях в столице в ставке знали и из других источников. Еще 26-го февраля из Таврического дворца М.В.Родзянко отправил Государю телеграмму:
«Положение серьезное. В столице анархия. Правительство парализовано. Транспорт продовольствия и топлива пришел в полное расстройство. Растет общественное недовольство. На улицах происходит беспорядочная стрельба. Части войска стреляют в друг друга. Необходимо немедленно поручить лицу, пользующему доверием страны составить новое правительство. Медлить нельзя. Всякое промедление смерти подобно. Молю Бога, чтобы в этот час ответственность не пала на венценосца

27-го утром туда же была отправлена М.В.Родзянко другая телеграмма:
«Положение ухудшается. Надо принять немедленно меры, ибо завтра будет уже поздно. Настал последний час, когда решатся судьба родины и династии.»
Как бы в ответ на эти телеграммы получен указом о роспуске Государственной Думы, датированный 27 февраля.
Дума не разошлась. Она не могла подчиниться такому указу и, ради спасения страны, решила действовать так, как повелела ей совесть. В Таврическом дворце происходили непрерывные заседания.

27 февраля ровно в полночь организовался Исполнительный комитет Государственной Думы в составе: М.В.Родзянко, А.Ф.Керенский, Н.С.Чхеидзе, В.В.Шульгин, П.Н.Милюков, М.А.Караулов, А.И.Коновалов, И.И.Дмитрюков, В.А.Ржевский, С.Н.Шидловский, Н.В.Некрасов и В.Н.Львов.
Немедленно же Исполнительным Комитетом было опубликовано следующее воззвание:
«Временный Комитет членов Государственной Думы при тяжелых условиях внутренней разрухи, вызванной мерами старого правительства, нашел себя вынужденным взять в свои руки восстановление государственного и общественного порядка. Сознавая всю ответственность принятого решения, Комитет выражает уверенность, что население и армия помогут ему в трудной задаче создания нового правительства, могущего пользоваться его доверием

Представители старой власти арестовываются народом и препровождаются в Таврический дворец. Около 11-ти часов вечера 27 февраля был доставлен под конвоем первый арестованный – б. председатель Государственного Совета И.Г.Щегловитов.
Четвертая рота запасного батальона Преображенского полка, во главе с унтер-офицером Федором Кругловым, взяла на себя важную обязанность охраны членов старого правительства. Круглов выработал свой устав гарнизонной службы, свои правила, которыми он, а также и все его часовые руководствовались при несении службы.
Лишенные чины свободы, прибывающие в Таврический дворец, помещались в министерском павильоне, выстроенным П.А.Столыпиным для отдыха членов правительства.
Круглов сам тщательно осматривал каждого прибывающего. Отбирал у них все предметы, ненужные содержащемуся под стражей. Арестованные были посажены на те кресла павильона, на которых они не раз ранее сидели. Им запрещено было между собой разговаривать. Они не смели даже ходить. Твердой волей Круглова они были прикованы к своим креслам крепче всяких цепей.
Почти одновременно с образованием Исполнительным Комитетом Государственной Думы, образовался Совет Рабочих и Солдатских Депутатов. Председателем Совета был избран член Государственной Думы Н.С.Чхеидзе, а товарищами председателя: члены Государственной Думы А.Ф.Керенский и М.Н.Скобелев.
Совет Рабочих и Солдатских Депутатов, сорганизовавшись в Технологическом Институте, перенес свою штаб-квартиру и заседал в Таврическом дворце. Тут 27 февраля Советом было выработано воззвание к населению России и Петрограда; воззвание это немедленно было опубликовано, вот его текст.
«Старая власть довела страну до полного развала, а народ до голодания. Терпеть дальше стало невозможно. Население Петрограда вышло на улицу, чтобы заявить о своем недовольстве. Его встретили залпами. Вместо хлеба царское правительство дало народу свинец.
Но солдаты не захотели идти против народа и восстали против правительства. Вместе с народом они захватили оружие, военные склады и ряд правительственных учреждений.
Борьба еще продолжается; она должна быть доведена до конца. Старая власть должна быть низвергнута и уступить место народному правлению. В этом спасение России.
Для успешного завершения борьбы в интересах демократии народ должен создать свою собственную властную организацию.

27-го февраля в столице образовался Совет Рабочих Депутатов из выборных представителей заводов и фабрик, восставших воинских частей, а также демократической и социалистической партий и группы.
Совет Рабочих Депутатов, заседающий в Государственной Думе, ставит своей задачей организацию народных сил и борьбу за окончательное укрепление политической свободы и народного правления в России. Совет назначил районных комиссаров для установления народной власти в районах Петрограда.
Приглашаем все население столицы немедленно сплотиться вокруг Совета, образовать местные комитеты в районах и взять в свои руки управление всеми местными делами.
Все вместе, общими силами будем бороться за полное устранение старого правительства и созыва Учредительного Собрания, избранного на основе всеобщего, равного, прямого и тайного избирательного права.»
Объявив это воззвание, Совет Рабочих Депутатов не только не приостановил своей плодотворной деятельности, не продолжал заседать в залах Таврического дворца почти беспрерывно день и ночь, поддерживая связь с Исполнительным Комитетом Государственной Думы.
В ночь с 27 на 28 февраля Таврический дворец жил нервно. Ни на одну минуту члены Государственной Думы и Совета Рабочих Депутатов не покидали священных стен цитадели русской революции, к которой продолжала стекаться несметные толпы народа и восставшие войска. Каждый нес в Таврический дворец все, что было нужно народу. Здесь складывались мешки муки, укрывавшиеся доселе по распоряжению градоначальника в темных подвалах; сюда свозились мясные туши, сахар, хлеб, какие-то бумаги, динамит, пироксилин, оружие, ручные гранаты, платья, обувь и т.д. Ясно было, что народ подготавливает эту цитадель к упорной осаде. Да и немудрено. Носились вполне определенные слухи, что Государь в Могилеве, своей Ставке, забыв о врагах внешних стягивает войска для похода против бунтующих.

Продолжение,